a50-2 

Опубликовано в журнале «YOL» #6(66), 2017

«Одной борьбы за вершину достаточно, чтобы заполнить сердце человека. Сизифа следует представлять себе счастливым.»

Эссе “Миф о Сизифе”, Альбер Камю

Когда вам хорошо за 50 пора всерьез задуматься об оптимизации усилий. Это означает, что  силы еще есть, но уже не такие, как в 40. Здоровье и ощущение здоровья – суть вещи разные… Ты уверен, что здоровье есть, а тело нет-нет, да и норовит подвести. Это заставляет задумываться о планках. Вы часто задумываетесь о планках? Когда надо перепрыгивать, – тогда и задумываюсь. Кто-то или  что-то  выставляет нам эти планки, и наступает пора использовать технику. Техника это преодоление планки оптимальным способом, по-другому высота Вами уже не будет взята. Пора оптимизировать способы, без этого уже ничего не получается. И не откладывать, потому что все выше вероятность того, что отложенное уже не удастся осуществить никогда.

Примерно такие мысли крутились в моей голове.  Ведь эта  Гора давно стоит на моем жизненном горизонте. Когда обводишь взглядом горизонт, Гора занимает там большое пространство. Красивое пространство, ради которого стоит переносить тяжести физические и другие, обычно сопутствующие тяготам физическим.  В конце концов, в мире смыслом жизни остается только восприятие  тобой красоты мира. И если ты можешь себе позволить в красивом месте  в красивое время воспринимать красивые вещи, значит, ты еще жив! Радуйся: вот оно счастье, конкретно заработанное и выстраданное. И оно прекрасно — чувство долга, отданного самому себе…

a50-3

Об этом мне подумалось, когда я стоял  на вершине. Дальше был спуск длинный и утомительный для коленок, но технически не сложный и не угнетающий. В запасе с избытком имелось необходимое: силы двигаться и смотреть по сторонам, резерв терпения к боли в суставах, отсутствие голода и жажды, даже вода в бутылке еще плескалась. И еще одна мысль, всегда приходящая после вершины: вот она — новая жизнь! Перерождение или просто рождение… Ведь пусть и банально, но конец одного – это начало другого. И опыт этот прекрасен, бесценен и удивителен. Короче, это — счастье!

Горы дают возможность обретения счастья. Горы это не просто форма рельефа, это — национальное достояние, которое не каждой стране и народу дано.

Кто бы знал и помнил о шерпах — маленьком горном народе из больших Великих Гималаев? Для многих  при упоминании  слова Кавказ   встают в памяти величавые двуглавые Эльбрус и Казбек или красавица Ушба и с ними — сказания горных народов: Боги, люди… Горы воспитывают из простых людей восходителей-героев, самые лучшие  из них становятся легендами.  Таковы навеки вошедшие в героическую историю человечества альпинисты-легенды: Тенцинг и Хиллари, Хергиани и Букреев, Абалаков и Бонатти.  Да и сами названия Гор звучат волшебной музыкой: Алтай Памир,Анды, Гималаи …

 

В горах Восточного Кавказа сентябрь — это продолжение лета, как сейчас стало принято говорить в кругах современных горных путешественников, – «высокий сезон». Погода на высотах 3000-4000 м над уровнем моря в это время, как правило, стабильно ясная, устойчивая и в меру теплая. Это величайшая роскошь для походов и восхождений в горах. Такие климатические условия способствуют развитию горных видов спорта, туризма и бизнеса.

Давно настало время говорить о горных видах спорта, как об эффективном  средстве социального развития, воспитания  и оздоровления  в противовес сидению в чайхане–ресторане, насыщающему излишними жирокалориями,  или ленивому валянию на пляже, и уж тем более экстриму на городских улицах. Да, поистине:  выбирать прогресс и цивилизацию  трудно только для полностью «окислившихся» жителей  больших городов. Все остальные, конечно, по зову сердца и здравого смысла, выбирают здоровье, путешествия и спорт. Во всяком случае, должны были бы…

В стремлении к саморазвитию  личность отправляется в горы. И тут для личности заботливые государственные, социальные и бизнес-стуктуры создают максимально удобные условия: продуманный  сервис, систему безопасного общения с природой. Специалисты прокладывают маршруты с учетом потребностей и физических возможностей различных социальных групп: спортсменов, школьников, семей, молодежи и  пенсионеров. С помощью информационных стендов, буклетов, карт и путеводителей предоставляется информация, адаптированная для гостей страны и местных жителей, для начинающих и для продвинутых… А как же иначе, ведь в первую очередь именно государство заинтересовано в здоровых и гармонично развитых гражданах-патриотах! Именно поэтому для планомерного поступательного развития государственные структуры-организации создают для граждан национальные парки-специальные территории, оборудованные для эффективного общения человека  с природой.

 «Национальный Парк (природный Национальный Парк)-территория (акватория), на которой охраняются ландшафты и уникальные объекты природы. От заповедника отличается допуском посетителей для отдыха. Первый в мире Йеллоустонский национальный парк основан в 1872 в США. К 1982 в мире создано более 1200 национальных парков и других охраняемых территорий, близких к ним по организации, площадь более 2,7 млн. км2, в т. ч. Банф, Гауя, Казиранга, Корбетт, Лахемаа, Серенгети, Цаво.» Большой энциклопедический словарь.

«Использовать горы как естественный, самим Богом созданный для людей БЕСПЛАТНЫЙ стадион» — какая прекрасная чистая и благородная мысль! В горах Азербайджана и соседней Грузии за годы государственной независимости также созданы национальные парки. Объясняется это тем, что уникальная природа высокогорья и биоразнообразие очень чувствительны к неконтролируемому антропогенному воздействию. Именно поэтому организация путешествий и восхождений в горах требует оправданного контроля и регулирования. С другой стороны, для людей, не посвященных в тонкости путешествий в горах, нужно сообщить, что вообще-то особенности их таковы, что чем выше человек  поднимается в горы, тем больше времени необходимо на так называемую акклиматизацию — привыкание, врабатывание организма в условия высокогорья, а значит, пониженного содержания кислорода. Сроки акклиматизации зависят от многих факторов, но некоторые люди начинают ощущать неприятные проявления «горной болезни» уже на высотах, около 2000 метров над уровнем моря, и для адаптации даже к высотам 2-3 тысячи метров необходимо хотя бы 2-3 дня. Таким образом, для проведения спортивных походов или сложных горных восхождений на высотах около 4000 метров необходимо хотя бы 5-7 дней.

Эффект акклиматизации к высоте сохраняется у человека в течение нескольких месяцев. Участие в 10-дневном горном походе-траверсе Чехычайской подковы летом 2017 года плюс несколько праздничных дней в сентябре дали мне хороший повод подумать о возможности совершения восхождения на красивейшую вершину Кавказа – легендарный Казбек.

a50-18

Гора Казбек (5047 м) расположена на территории Национального парка Казбеги, на границе Грузии и Российской Федерации. Процедуры регистрации и прохода просты и удобны для спортсменов и путешественников и не предполагают каких-либо предварительных заявок.

Однако, обо всем этом — по порядку. Обычно мы ездим в Грузию  зимой на поезде — кататься на горных лыжах. Но в  сентябрьские праздники поездка в Грузию на поезде оказалась  проблематичной — уже за неделю все билеты были раскуплены. Оставался вариант поездки на автобусе. Здесь нам повезло: мы сели на первый из ночных автобусов в Тбилиси (они стартуют из Баку, как правило, ночью, чтобы прибыть в столицу Грузии в утреннее время).  Рассвет мы встретили в Грузии на Красном мосту, а к восьми уже стартовали из Дидубе в Степанцминду (Казбеги) за 15 лари на такси  с симпатичными молодыми польками–путешественницами (от автовокзала до Дидубе нас довезла старая маршрутка за какие-то тетри). Через 3 часа полусна  и разговоров об особенностях грузинской и азербайджанской кухни,  мы прибыли на площадь  в Степанцминде  и, навьючив  рюкзаки, потопали в забукированный хостел под названием «Суджашвили». Ночь на постели с чистым бельем в номере с душем и завтрак стоили 18 манатов. Причем, завтрак  и ужин, и вообще отношение и обслуживание были добросовестными и располагающими. Спасибо хозяйке Нане. Вопросы, связанные с заказами такси  или маршрутами  трекингов, как я понял, решаются тут быстро и профессионально.  В тот же бессонный  день, прогулявшись по центру Спепанцминды (надо было докупить мелочи для предстоящего трекинга), мы сходили пешком к монастырю Цминда  Самеба (Троицкая церковь), пройдя через улочки Гергети, посетили святую рощу. И к вечеру были совершенно готовы заснуть, как убитые, чтобы, поднявшись ни свет ни заря в 5:30, плотно  позавтракать и сесть в джип.

a50-1 a50-4

Через 40 минут ухабистой езды  на брыкающейся во все стороны «Делюке» сквозь прохладное утро  мы прибыли на начало тропы к перевалу Саберце и дальше — к Метеостанции (по-старому) или приюту–отелю Бетлеми (по-новому).

Рюкзак почему-то был отвратительно тяжел, хотя, собираясь, я, вроде бы, экономил на всем возможном. « Просто это  старость», —  стучало в непроснувшейся голове.

Мы шли по тропе, встречали таких же, как и  мы, делились хлебом-сыром-чаем, конфетами-сухофруктами (у кого что было в карманном питании), приветствовали друг друга и снова шли… Мы общались на  разных языках, иногда перепрыгивая с одного на другой, чтобы  было понятней. Часто начинали с приветствия по-английски, а потом переходили на русский и наоборот, или  на азербайджанский, как  с группой из Ирана.  Часов через  7-8,   сбившись с тропы на морене, выползли наконец-то на  каменистое плато, застроенное  каменными стенками, прикрывающими палатки от холодного пронизывающего ветра, дующего с ледника. Мы порядком утомились. И дружно решили попытать счастья, попросившись   переночевать в приюте. Все-таки 3650 метров.

a50-6

 

a50-7

Солнце уходило за хребет, становилось холодно. Мы «аккуратно» бросили рюкзаки у дверей и пошли «прописываться». Первым делом нам налили по кружке чая, поздоровались и поинтересовались планами. В процессе чаепития записали наши паспортные данные в книгу. Так мы встали на пограничный учет. Ведь альпинистский  маршрут на Гору  идет прямо по линии границы, говорят, даже чуть-чуть ее пересекает, но потом опять возвращается  в Грузию.

Нам повезло: в «раю» оказались свободные места. Нам выделили места в крайней комнате у лестницы, где в пролете между первым и вторым этажом

ловил телефон. На двухэтажных  полатях, заботливо обтянутых дермантином, можно было спать и без каремата.  В комнате тускло горела лампочка,  была возможность заряжать всяческие устройства, пока работал генератор. Туалет –домик здесь расположен вне  приюта в шаговой доступности… По-горному холоден, прост и суров. Чистота окружающего мира напрямую зависит от проживающих в нем чистоплотных и аккуратных людей. Это особенно  касается всех высокогорных  туалетов, а также и мест массового отдыха…

Здесь, на высоте 3650 м весь  мусор, остающийся после пребывания  сотен людей,   увязанный в прочных мешках, лежал большой грудой ниже лагеря.  В конце высокого сезона его вывозят на вертолете. Знаете, сколько стоит  час полета « винтокрылой птицы»?   Поэтому–то место в раю-гостинице-приюте стоит 30 лари, а под палатку за ветрозащитной стенкой — 10 лари. Но оставим эту экономическую прозу для специалистов по гороохранной экологии.

a50-5

Пришло  время вечернего обедо-ужина и сборов на завтра, точнее, на ночь. Ведь мы планировать стартовать в 2:00, и назвать это время утром … не поднимается язык и все остальное тоже. Мы, как и многие живущие здесь по округе люди, легли спать около 9-ти или чуть раньше, не помню, зато помню непрекращающиеся разговоры  с того самого единственного места, где не только связь была хорошей, но, увы, и  акустика, — несколько минут я был в шоке, но спасли усталость и беруши (берите всегда их с собой в дорогу!).

Подъем на  восхождение — это бросок в штыковую атаку на собственную лень! Первым на бруствер из окопа встает командир с револьвером. С криком  «За Родину! Ура!»  Причем лень решетит тебя из крупнокалиберного пулемета, как в голливудском боевике…  А ты все равно встаешь  и — Ура!(все мы — старые дети, вскормленные романтикой советского кино).  Как у классика: «Может это и не подвиг, но что-то героическое в этом, безусловно, есть…»

Вереница светлячков, длиннющей змеей ползет по морене Гергетского ледника. И таких длинных змей несколько… Как много людей идут сегодня на Гору с нами! Удивительно, что в голову одной из них попали и мы.

a50-8

Звук ветра и шорох камней под ногами, и тихая речь, как обрывки снов или мыслей, темно-серый  лед, и черные трещины, — в сером предрассвете утра  «змея» тычется головой в поисках обхода ледника. Скользко, – пора надевать кошки.   Справа гремит камнепад,  в сумраке слышны удары камней. Это место называется  «Хмуара»,  даже в самом названии слышится  какая-то опасность.

a50-15 a50-16

Тревожность заставляет поторопиться, хотя кажется, что  камнепад не достанет. Мы уходим по льду влево. Это место называется «Кведа-плато» — нижнее плато. Трещины видны, и мы не связываемся веревкой – сентябрь.  Летнее жаркое солнце оплавило ледник, обозначило трещины и тем сделало его в нижней части безопасным. Но верхнее плато «Зеда» – закрытый ледник и несмотря на то,  что все идут одной тропой, веревка необходима. Никто не знает, когда,  где и для кого вдруг  разверзнется бездна – ледниковая трещина.  Солнце на верхнем плато светит вовсю. Ярко, слишком ярко… Надо бы надеть маску или смазать лицо защитным кремом. Спасет шлем,  борода и усы, и очки, незащищенным остался нос, жаль его…

a50-13

Склон становится круче, но кошки хорошо держат  на твердом снегу и поэтому можно идти с трекинговыми палками, не вынимая ледоруб. Он понадобится выше – там еще круче и снежный мост с ощеривщейся трещиной- бергом.

a50-12

На леднике нас обгоняют несколько групп. Они идут ритмично, хорошая акклиматизация позволяет им даже разговаривать по дороге. Интересно, сколько они сидели на Бетлеми? Ну, точно не вчера пришли с нами, хотя вряд ли это успокоит зависть. Просто надо бороться с собой за принятое вчера решение идти вверх.

a50-9

Отдыхаем на пологом снежном  балконе перед взлетом на седловину между Восточной и Западной  вершинами Горы. Здесь тихо, нет злого ветра. Дальше круче и нужен ледоруб. Впереди, на самом крутяке,-  цепочка штрих-пунктиров  на подъеме. При нашей скорости (точнее — моей) еще два часа пути вверх. На седловине между западной и восточной вершинами ветер пытается приклеить нас к склону или оторвать и швырнуть вниз. Навстречу идут ребята с вершины. Знакомый Георгий сквозь ветер и кричит мне: « Very, very close…», и я с благодарностью отвечаю «thank you, I know»…

a50-10

Совсем рядом стоит шест с непонятным вымпелом. Это — вершина, если бы остались силы, я, наверное, зарыдал бы от счастья… Но на эту эмоцию сил нет. Надо фотографировать и фотографироваться. Моя спутница вытаскивает из рюкзака аккуратно сложенный в пакет флаг нашей страны.  Ветер дует очень сильно и я кричу, пытаясь перекричать ветер, чтобы  она крепче держала флаг когда будет поднимать его над головой. Морозно, снимать перчатки с замерзающих на ветру рук — облом. Ветер — сильный холодный и порывистый с востока.

a50-19

Ну вот, наконец, удается расправить флаг над головой. И в это  мгновение сильный порыв ветра вырывает его из рук. Я просто фотографирую его полет над горами… Дальше происходит необъяснимое… Если бы мне рассказали, – я бы не поверил. Однако, флаг, высоко пролетев над  склоном,  вдруг взмывает вверх и опускается на снег  буквально в двух шагах от меня. Мне остается лишь дотянуться до него трекинговыми палками.   Через мгновение ветер задувает с прежней неистовой силой, но мы уже крепко держим флаг.

a50-20

 

a50-21

Дальше был долгий спуск до самой метеостанции-приюта Бетлеми… На вершине мы были в 11:45, а на приюте около 5-ти вечера. Решаем провести еще одну ночь в приюте.

Утро – хорошее время для прощания. До свидания,  новые друзья, до свидания, Казбек! Через сутки, утром, мы были уже в Баку. Если бы, конечно, двигались побыстрее, то могли бы добраться до дома и ночью. Но мы не пытались поставить рекорды, не стремились уложиться в какие-либо жесткие рамки. Мы просто провели  праздники с восхождением в сентябре. Когда-нибудь такое будет вновь возможно и в наших горах.